В контексте данной статьи мы рассмотрим доверительный договор предметом которого является приобретение долей или акций в компании. В рамках данного договора доверитель поручает поверенному лицу приобретение долей или акций в компании, с позднейшей эксплуатацией прав исходящих из данных долей или акций путем оговоренным с доверителем. Как эффект, в качестве собственника указанного в KRS обозначено поверенное лицо, а следовательно все права и обязанности связанные с участием в данной компании принадлежат именно поверенному лицу. Однако, если доверительный договор составлен так, что любые права которые поверенное лицо вправе реализовывать в компании должны быть согласованы c доверителем или подтверждены им, тогда имеются все основания полагать, что фактическим владельцем доли или акции является доверитель. Из данного следует, что хоть в КРС указано будет поверенное лицо, при этом в реестре конечных бенефициаров (CRBR) выявлен будет именно доверитель, так как поверенное лицо не является конечным бенефициаром, а лишь посредником, через которого доверитель оказывает фактическое влияние и получает свои выгоды.

Часто можно встретиться с мнением, что такая форма участия в компании является нелегальной. С данным мнением мы не можем согласится, так как все прежде всего зависит от причины данного договора и его целей. Можно встретиться с очень близким к доверительному договору понятием “słup”, но следует отделить эти два понятия.

Słup - лицо, выступающее фиктивно в компании (зачастую даже само об этом не знающее), которое существует в данной структуре исключительно для избежания законных требований либо для переноса ответственности. Данные лица обычно устанавливаются для обхода требований AML, налоговых обязательств, корпоративной ответственности и иных финансовых отягощений либо рисков. Такие отношения обычно не подтверждаются никакой формой договора, так как лицо выступающее в роли “słupa” часто находится в неведении и непонимании собственной позиции.

Поверенное лицо - тот кто выступает как собственник в компании на основании легально составленного договора четко описывающего права и обязанности, а также причину и цель данного договора. Если причиной неучастия в компании в открытую не является обход законных требований на территории ЕС и Польши в частности, или совершение преступления, то нет оснований полагать, что такой договор имеет нелегальный характер. Мотивацией заключения данного договора зачастую являются корпоративные нюансы или абсурдные требований вытекающие из законодательств иных стран, не принадлежащих к ЕС, и не обязующих Польшу на основании ратифицированных международных договоров.

Следовательно при желании заключить данный тип договора и выступать в компании через поверенное лицо, прежде всего следует проанализировать мотивацию, и затем определить будет ли в данном случае данный договор иметь легальный характер.

Тот же принцип, что описан выше касательно дивидендов, должен использоваться и при продаже долей. Хоть поверенное лицо и является формальным владельцем долей/акций, и также именно поверенное лицо будет стороной сделки при их продаже, окончательного имущественного прибавления у поверенного лица обнаружить нельзя, если по доверительному договору данные средства будут переданы доверителю. Тогда именно доверитель будет обязан уплатить налог от продажи долей и подать соответствующие декларации.

В случае расторжения доверительного договора в интересах доверителя является получение своих долей/акций от поверенного лица. Хоть фактически именно доверитель являлся владельцем и распорядителем долей/акций, юридически и формально именно поверенное лицо указано в реестрах и на документах. Следовательно после расторжения договора следует оформить передачу долей/акций от поверенного лица доверителю.

Налоговые органы, опять же, довольно лояльно подходят к данному вопросу, указывая, что получение доверителем имущественных элементов по истечении доверительного договора доверителем не провоцирует возникновением дохода у доверителя, так как данные имущественные элементы еще до расторжения договора были фактически его имуществом. Данную ситуацию также следует рассмотреть также с точки зрения налога PCC и налога от дарений, так как в нормальных условиях продажа долей или их безвозмездная передача провоцирует возникновения данных налогов. В случае же доверительного договора нет обоснований считать, что выступит налог PCC или налог от дарений, так как сам договор не был указан в закрытом каталоге юридических действий, провоцирующих возникновение налога PCC, а с точки зрения налога от дарений необходим сам факт дарения, чего не возникает при доверительном договоре по сумме всех тех причин, что были описаны выше.

После анализа легальности данного решения, а также довольно твердого на сегодняшний день мнения налоговых органов об отсутствии налоговых трудностей в связи его реализацией, мы считаем что доверительный договор это отличный инструмент для частичного сохранения анонимности без риска юридических в общем, и налоговых в частности, рисков. Однако для того, чтобы данный механизм работал, следует проанализировать мотивацию его установление, а также заморочиться с правильным написанием текста самого договора, который бы регулировал все спорные нюансы и точно не оставлял сомнения для, прежде всего, налоговых органов касательно квалификации данного договора.